ШКОЛА ЗЛОСЛОВИЯКак называется закрытый ящик, у которого передняя стенка сделана из стекла, а внутри копошатся всякие "голые гады" (по Булгакову) и пресмыкающиеся? Правильно, террариум. А если этот ящик набит электроникой, а на стеклянной передней стенке растиражированное изображение этих копошащихся гадов, пресмыкающихся перед правящим режимом? Совершенно верно, телетеррариум.
Лет десять назад в газете "Советская Россия" я так и определил "демократическое" телевидение - телетеррариум. Лет десять "демократы" зрели, и, наконец, реализовали эту идею, что называется, "в оглоблю", сделав заставкой к своей телевизионной "Школе злословия" изображение клубка змей. Хотя, конечно, эти натуральные пресмыкающиеся куда симпатичнее ведущих, пресмыкающихся перед "демократическим" режимом и брызжущих ядом на всех, кто против этого режима.
Да и вообще, назвав свою передачу "Школа злословия", демики явно завысили самооценку. Все же Шеридан, классика, то да се. А, по сути и смыслу, эта передачка для промывки мозгов должна бы называться, например, "БББ" - Беседа Базарных Баб. Потому что и интеллектуальный уровень, и манеры ведущих более соответствуют именно этому уровню - базарных баб.
И то, что Сажи Умалатова пришла на эту передачку, конечно, говорит о ее смелости, но также, к сожалению, и о небрезгливости.
"Блажен муж", - сказано, - "иже не иде на совет нечестивых". Наверное, это же можно сказать и о жене. На что рассчитывала Сажи Зайндиновна, на какое поведение ведущих, когда согласилась пойти в этот телетеррариум? Все же просто и ясно: две "демократки" наняты режимом, чтобы публично, извините, какать на Советскую власть - что же можно ожидать от них?
А то, что они наняты, и наняты именно для этой цели - сомнений нет. И уверять, что их пригласили ради "журналистского дара" - сказка для дурачков. Вспомним Невзорова: его талант журналиста неоспорим. Но как только он позволил себе критику режима - его лишили доступа на телеэкран. И - все. Кто сейчас вспомнит о нем? Так что все эти обитатели телетеррариума снабжены выключателем: как только хоть одно движение, неугодное власти - выключатель щелкает и "гений тележурналистики" отлучается от экрана и его уже никто не знает. Все просто.
Толстая Татьяна и Смирнова Авдотья - мало того, что они вдвоем против одной женщины, но они и используют подлый прием: эдак свысока комментируют видеозапись с Сажи Умалатовой, оставляя за собой последнее слово и не давая возможности возразить. Неистребимая манера базарных баб: исподтишка плюнуть сзади на юбку проходящей женщине.
Понятно, что из материалов этой "Школы злословия" можно было бы сделать отличную, злую и веселую, беспощадную передачу: просто комментировать высказывания Толстой и Смирновой. Ну, например, так:
- Мадам! Вы только что привели железный аргумент в защиту того геноцида, который ведет ваш режим против русского народа. Вы сослались на "сталинские репрессии". Оставим на том, что у Вас вместо совести, байки о "ста миллиардах зэков" - с наукой арифметикой у всех демиков большие проблемы. Рассмотрим моральную сторону вопроса, в которой каждый демик = "совесть нации". (Кстати, мадам, Вы случайно, не из "совестей нации"? Нет? Ну, извините, обознался. А присобачить Вам сахаровскую лысину и солженицынскую бороду - ну, вылитая была бы "совесть нации".)
Представим ситуацию: Вы сейчас выходите из студии, а к Вам подходит некто - и бьет по голове. Когда же на Ваш крик прибегает милиция и хватает хулигана, он спокойненько объясняет, что 50 лет назад вас кто-то ударил в школе, а потому он - по Вашей логике!!! - имеет право Вас бить. Вы сами ему это доказали, оправдывая сегодняшние преступления режима тем, что когда-то, уже чуть не век назад, кто-то тоже совершал преступления. Так как, мадам, когда преступление совершено по отношению к Вам - Вы будете оправдывать преступника, как оправдываете преступления нынешнего режима: раз кто-то когда-то совершал преступления, то и ему можно? Или, все же, раз уж дело коснулось Вас, а не народа, потребуете привлечь хулигана к ответу?
Логика базарной бабы… Впрочем, даже базарная баба понимает простую истину, которая остается недоступной для Толстой и Смирновой: чтобы товар был на прилавках - его надо произвести. А производить эти ленивые ба… извините, дамы, ничего не желают. Сама мысль о том, что надо что-то производить, их шокирует. Они могут только бряцать на лирах, воспевать и отображать. Простите, но таких отображальщиков в каждой заводской курилке было полно. Просто нормальные люди понимали, что треп, даже записанный и изданный в виде книги - это одно, а труд, производство - это совсем другое. Потрепались, покурили - и за работу.
Я оканчивал вечернюю школу и работал на ракетном заводе п/я 186 - крупнейшем в СССР. Предметы в школе были разные, и, соответственно, отношение к ним разное. Литературу знал и любил - но читать, а не "проходить". Потому и в школьных сочинениях основной задачей видел написать так, чтобы потом нарочно придуманное учительница цитировала как "нарочно не придумаешь". А вот на выпускном сочинении решил написать "как в газете". И написал. Про завод, про друзей, про гонки на скутерах в заводской секции, про школу и про дом… После этого меня пригласили на педсовет, отметили-похвалили и посоветовали поступать на журфак. По сути - поднесли студенческий билет на блюдечке с голубой каемочкой: завод шефствовал над университетом, рабочей молодежи открывались все дороги, школа подготовила рекомендацию в университет и письмо на завод, словом, экзамены были бы пустой формальностью. Я вежливо отказался, чем крайне удивил педагогический коллектив родной СШРМ №2. Прошло несколько дней, и однажды, когда я пришел с работы, дома у нас сидела учительница литературы и убеждала маму воздействовать на меня, дескать "талант пропадает". Я отказался уже менее вежливо. Потому что с детства понимал: делать дело - это одно, а описывать, как делает дело кто-то - это другое.
Сажи Умалатова работала, производила те самые товары, которые обеспечивали жизнь вот этих самых Толстых и Смирновых - а они работать не желали и не умели. Сейчас утешают себя мыслью, что чего-то натворили, чего-то там понаписывали. Тоже мне, шекспирши нашлись. Все эти их пописывания кому-то интересны только сегодня, и то благодаря рекламной раскрутке, а завтра никто о них и не вспомнит. И уж - можно быть твердо уверенным - никто в очередях за их пописываниями стоять не будет, по талонам распределять - тоже.
Кстати, о талонах. Ну-ка вспомним, когда появлялись талоны? Правильно, как только начинало вонять "демократией". Я, родившийся после войны в стране, которая больше всех от войны пострадала и первой(!) отменила распределение по карточкам, которая первой(!) восстановила довоенный уровень, познакомился с карточками в 1963 году, в царствование лысого оттепельщика. Потом, когда его погнали под зад коленкой, талоны исчезли вместе с ним. А ввел их очередной "демократ" - дьяволом отмеченный Горби с кровавым пятном на плеши.
А что было между ними? Вспоминаю детство, маленький военный городок, до ближайшей станции километров пять, если не больше. На территории части - маленький военторговский магазинчик, с неповторимым запахом сельпо, когда в одном помещении продают промтовары и продовольствие, мешается запах хлеба и духов, мыла и селедки. Столовая с буфетом - за городком, у дороги. Ресторан с буфетом - на вокзале. В буфетах - пирамиды банок с крабами, шпротами, черной и красной икрой. Наборы шоколадных конфет и печенья, не то, что нынешние: красочные коробки из толстого тисненного картона, крышки на шелковых ленточках, внутри коробки украшены бумажными кружевами, и обязательно в каждой коробке специальные жестяные щипчики, чтобы брать конфеты. Большие шоколадные ракушки в разноцветной фольге - то, что сейчас называют "киндерсюрприз", только не в виде яйца, а в виде морской ракушки. Колбаса - сейчас такую и не сыщешь: темно-бордовая, с крупными кусочками сала, выпирающими из-под оболочки, твердости такой, что нож не брал, ее нужно было буквально состругивать тончайшими ломтиками. А уж на вкус… До сих пор помнится. Для взрослых - бутылки вина. Длинные, изящной формы, пробка под свинцовым капсюлем, бутылка обмотана розовой мягкой бумагой и помещена в соломенную плетенку. И все это - подчеркну - в самой глубинке, откуда до райцентра километров тридцать… Это - в первые послесталинские времена, когда результаты действий Хрущева еще не проявились.
Недавно по телевизору показали шахтера, который вспоминал советские магазины в шахтерских городах, стены, завешанные колбасами. Я жил одно время в Кривом Роге. Действительно ведь - все было. И удивительная колбаса, которая в разрезе была как шахматная доска, с квадратиками мяса и сала, и колбаса балыковая, искусно вырезанная из свиной туши, и бутылки вина "Уникум" в окованных металлом бутылках. И, конечно же, никаких талонов.
А брежневские времена? Ну-ка вспомним! Я вспоминаю не Москву - Смоленск, где я учился в институте. Магазины, заставленные телевизорами, приемниками, радиолами, магнитофонами разных марок. Мало того, был период, когда принимали в зачет старые телевизоры и радиолы, только бы покупали новые! Было такое? Было. Фотоаппараты, кинокамеры - самых разных марок, на любой вкус. Кинокамера "Спорт-3" стоила 30 рублей (стипендия была 35 рублей). Холодильники? Пожалуйста, любые марки! Конечно, были и дефицитные - по маркам. "Юрюзань" или "Снайге", например, стояли свободно, а вот за "ЗиЛ" действительно, приходилось записываться в очередь. Ну, это был вопрос "брэнда", престижа торговой марки. Стиральные машины? На выбор, от простейших, типа "Риги", до сложных, с центрифугой и автоматическим управлением, типа "Сибири" или "Эврики". Швейные машинки? Что угодно, от финских "Тикка" и чешских "Лада" до китайских "Бабочек" и безотказных наших "Чаек". Пылесосы? От скромных, но надежнейших "Ракет" или "Буранов" до мощных, оформленных в виде пуфиков, чтобы место использовалось с толком. Было все это? Было.
А стало дефицитом при Горби - и Горби сделал это нарочно. Все было в его власти - и он использовал эту власть, чтобы создать дефицит, чтобы ввести талоны, чтобы вызвать недовольство народа - и направить его против справедливого социального устройства страны и нажиться на этом. А что сделали демики? Вместо того, чтобы наладить производство, чтобы сделать нашу бытовую технику лучшей в мире, они разрушили заводы, разрушили производство - и начала закупать зарубежную технику в обмен на нефть, грабить поколения детей и внуков. Уж это понятно любой базарной бабе - но никак не могут понять такие вот толстые и смирновы.
А дамочкам, которые подрядились публично (извините, здесь вежливость будет в ущерб точности) обкакивать Советскую власть, хотелось бы напомнить, что дела это удобнее сверху вниз, иначе все на них же и попадет. Можно взять данные ООН, сравнить уровень жизни в СССР и в "демократической " России - и только когда независимые эксперты подтвердят, что да, жизнь при "демократии" стала лучше, у дамочек появится моральное право критиковать то, что было. А еще хотелось бы напомнить, что коммунистический Китай, в Конституции которого строй определен как диктатура рабочих и крестьян, идет вперед семимильными шагами, являя миру невиданные темпы развития невиданно долгое время. И никаким злословием факты не опровергнуть.
А.Трубицын |
